OVO Дрейка оказалась втянута в судебную тяжбу с инвестором из-за займа в $4 миллиона

Модный бренд Дрейка, October’s Very Own (OVO), столкнулся с судебным иском от инвестора, который потребовал вернуть заем в размере 4 миллионов долларов и теперь утверждает, что компания рэпера должна вдвое больше.

OVO, торонтский лайфстайл-бренд, основанный Дрейком, его менеджером Оливером Эль-Хатибом и продюсером Ноа «40» Шебибом, заключил сделку с флоридской кредитной компанией Applied Real Intelligence (A.R.I.) в прошлом году. Во время сбора средств летом 2025 года A.R.I. предоставила OVO 5,2 миллиона канадских долларов (что эквивалентно 3,7 миллиона долларов США) через серию конвертируемых облигаций.

Ситуация обострилась в начале 2026 года, когда A.R.I. заявила о дефолте по займу из-за просроченных процентных платежей и потребовала возмещения. OVO согласилась, заключив соглашение о погашении с A.R.I. и перечислив обратно 3,7 миллиона долларов в мае этого года. Однако A.R.I. сочла эту сумму недостаточной; по словам кредитора, компания Дрейка также должна была выплатить дополнительный сбор в размере 5,3 миллиона канадских долларов (3,8 миллиона долларов США) в качестве компенсации за дефолт.

2 июня OVO подала в суд на A.R.I. в Торонто, требуя признать, что ей не нужно выплачивать эту дополнительную сумму, известную как «make-whole fee» (плата за полное возмещение). Согласно OVO, инвестиционный контракт компании с A.R.I. предусматривал, что такая плата должна быть выплачена только при «особых обстоятельствах», которые в данном случае не произошли.

«В частности, хотя A.R.I. утверждала о дефолтах и прямо оставляла за собой право ускорить погашение, A.R.I. не ускорила погашение облигаций до переговоров и заключения соглашения об отсрочке платежа», — говорится в иске OVO, полученном Billboard. «Погашение в контексте и в соответствии с соглашением об отсрочке не влечет за собой право на make-whole fee».

A.R.I. ответила 11 июня собственным иском против OVO, на этот раз в Ванкувере. Кредитор в своем деле пытается обязать OVO выплатить make-whole fee, утверждая, что эта сумма была «разработана для обеспечения A.R.I. минимальной оговоренной прибыли и для защиты A.R.I. от потери выгоды от сделки, если облигации были погашены или иным образом прекращены до наступления срока погашения».

В заявлении о подаче иска A.R.I. утверждает, что «подходила к этой сделке добросовестно и рассматривала OVO как привлекательную компанию со значительной ценностью бренда и долгосрочным потенциалом роста».

«Когда произошли дефолты, A.R.I. не сразу начала судебные разбирательства», — продолжается заявление. «Вместо этого мы тесно работали с OVO в рамках формального процесса урегулирования и предоставили компании достаточно времени и гибкости для разрешения ситуации вне суда. OVO впоследствии письменно признала как дефолты, так и долг по формальному соглашению об отсрочке, произвела лишь частичную оплату и теперь занимает позицию, что миллионы долларов остаются невыплаченными, несмотря на четкие договорные обязательства. A.R.I. намерена полностью отстаивать свои законные права и защищать своих инвесторов через суды».

Представители OVO и Дрейка отказались от комментариев, сославшись на юридические документы.